— Дело в том, что я привык работать гораздо выше.

Сказав это, он принялся стягивать пиджак, но в этот момент я заметил, что предохранительную сетку уже успели убрать.

— Придется отменить просмотр, — сказал я, — ничего не поделаешь. Сами видите, даже сетка уже упакована.

— Сетка мне не нужна.

— Что?

— Я никогда не работаю с сеткой.

— Хотите сломать себе шею в моем цирке и на моей трапеции? Должен вас разочаровать, моя страховка закончилась как раз сегодня. Так что я бы не стал рисковать на вашем месте...

— Не бойтесь, шеи я не сломаю и вообще не собираюсь вас подводить. Так что усаживайтесь поудобнее и внимательно следите за номером.

Я пожал плечами и уселся, рассудив, что речь в конце концов идет о его шее, а не о моей. Одновременно в голове у меня промелькнула надежда, что, возможно, доктор Липский еще не пьян в стельку, потому что сейчас, слава богу, еще утро. Взвесив все это, я молча кивнул Анжело и, разложив на коленях ведомости, углубился в цифры. Анжело тем временем быстро стянул с себя костюм и, оставшись в одном трико, перемахнул через барьер манежа и полез под купол, быстро перебирая ногами по веревочной лестнице. Спустя минуту из-под купола донесся его крик:

— Все в порядке, Муллинс! Готовы смотреть?

— Готов! — крикнул я и махнул рукой.

Он находился на высоте добрых ста футов, и поэтому кричать нам обоим приходилось изо всей мочи.

— Следите внимательно! — донесся его голос.

Я задрал голову и увидел его сидящим на стойке, в обеих руках у него было зажато по трапеции.